« | Главная | »

МИКЕЛАНДЖЕЛО ДА КАРАВАДЖО, часть 3

Опубликовал Художник | 3 Февраль 2009

Тут случилось нечто, приведшее Караваджо в величайшее замешательство и отчаяние, — речь шла о его репутации: после того как была закончена и водружена в алтаре средняя картина со св. Матфеем, святые отцы ее убрали, заявив, что в фигуре этой нет ни святости, ни приличия, так как сидит св. Матфей, заложив ногу на ногу, выставив свои ноги всем напоказ. Но в то время как Караваджо пребывал в отчаянии из-за подобной напасти, постигшей первую же его работу, выставленную в церкви, над ним сжалился маркиз Винченцо Джустиниани и вызволил из беды: переговорив со святыми отцами, оставил картину за собой, а живописцу была заказана другая, та, что и сейчас над алтарем. И чтобы особенно почтить первую картину, маркиз повесил ее у себя в доме и поместил с ней рядом изображения трех других евангелистов, написанных Гвидо [Рени], Доменикино и Альбано — тремя наиболее прославленными художниками того времени. Караваджо приложил все усилия, чтобы вторая картина оказалась удачной; он старался придать естественную позу фигуре святого, который пишет Евангелие, показав его опирающимся одним коленом о скамейку; руку он положил на стол, и обмакивает свое перо в чернильницу, стоящую на книге. Стоя в таком положении, он повернул свое лицо влево к ангелу, который, паря в воздухе, обращается к нему со словами и подает ему знак, касаясь указательным пальцем своей левой руки большого пальца правой. Краска придает ангелу воздушность, как будто он парит на крыльях, приближаясь к святому, его руки и грудь обнажены, и лишь легкая белая вуаль обвивает его тело.

На картине справа от алтаря Христос призывает св. Матфея к апостольству; св. Матфей, сидящий в окружении нескольких фигур, чьи головы написаны с натуры, прекратив считать деньги, обращается к Господу, рука его прижата к груди.

С другой же стороны алтаря — мученичество того же святого, в одеянии священника распростертого на скамье; над ним обнаженная фигура палача, взмахнувшего мечом, чтобы поразить его, остальные отступают от него в ужасе. Композиция и движения, однако, не совсем соответствуют библейскому сюжету, хотя Караваджо переделывал эту работу дважды, а темнота в капелле и мрачность красок мешают рассмотреть как следует эти две картины. После этого он написал в капелле синьоров Кавалетти в церкви Сант Агостино стоящую Мадонну «Мадонна ди Лорето» с младенцем, простирающим руку для благословения; перед ней два коленопреклоненных паломника сложили молитвенно руки: босой бедняк с голыми до колен ногами в кожаной накидке паломника, с посохом и старуха в чепце.

К лучшим работам, вышедшим из-под кисти Микеле, по заслугам причисляют «Положение во гроб» в Кьеза Нуова, где фигуры расположены на камне, у входа в пещеру. В центре — тело Христа. Никодим подхватил его под колени, и так как бедра опущены, то ноги Христа торчат вперед; св. Иоанн подложил под плечи Спасителя руку. Голова Христа запрокинута, а лицо и грудь покрыты смертельной бледностью, его рука и край простыни свисают вниз. Обнаженное тело написано мощно и точно с натуры. Позади Никодима видны скорбящие Марии: одна воздела руки, другая прижала к глазам покрывало, третья взирает на Господа.

А в церкви Мадонна дель Пополо, внутри капеллы, где висит «Вознесение Мадонны», написанное Аннибале Карраччи, по бокам находятся две картины Караваджо: «Распятие св. Петра» и «Обращение Савла», в сюжете которого не разработано действие. Продолжая пользоваться благосклонностью маркиза Винченцо Джустиниани, он получил от него заказ на несколько картин: «Венчание терновым венцом» и «Св. Фома, влагающий перст в рану на боку у Господа», который сжимает руку Фомы, раздвинув на груди свой хитон.

После этих поколенных фигур написал он «Амура-победителя», который правой рукой поднимает стрелу; книги, оружие и другие инструменты лежат у его ног как трофеи. Своей кистью Караваджо угождал и другим римским синьорам, и они соперничали друг с другом в желании обладать его картинами, и один из них, маркиз Аздрубале Маттеи, заказал ему «Взятие Христа под стражу» с поколенными фигурами: поцеловав учителя, Иуда положил руку ему на плечо; закованный в латы воин протягивает свою руку в железной перчатке к груди Господа, а тот стоит смиренно и покорно, скрестив перед собой руки; позади же него св. Иоанн бежит с воздетыми руками. Караваджо передал даже ржавчину на доспехах воина, голова которого закрыта шлемом, так что виден только его профиль, который освещен позади поднятым фонарем, и можно разглядеть головы еще двух вооруженных воинов.

Для синьоров Массими написал «Се Человек», работа, попавшая позднее в Испанию, а для маркиза Патриции он сделал «Ужин в Эммаусе», где Христос благословляет хлеб, сидя между апостолами, один из которых, признав его, разводит руками, другой же, пораженный, вглядывается в него пристально, опершись руками о стол. А сзади хозяин с ермолкой на голове и старуха, подающая кушанье.

Комментирование закрыто.