« | Главная | »

Допрос Микеланджело да Караваджо в тюрьме Торре ди Нона

Опубликовал Художник | 3 Февраль 2009

20 октября 1604 г.

Вопрос. С каких пор, и по какой причине содержится в тюрьме дающий показания?
Ответ. Задержали меня вчера вечером на Страда делла Тринита [улица, ведущая от церкви Тринита деи Монти] [по дороге] к Пьяцца дель Пополо в четыре часа [около девяти часов вечера]. Со мной были задержаны посыльный Спавента, Оттавиано Габриелли и еще один, которого я не знаю. А задержали меня за то, что я будто бы швырялся камнями. Я сам слышал, как кто-то бросил камень, они же принуждали меня сказать, кто его бросил, тогда как мне это было неизвестно.
Вопрос. В момент задержания стоял он на месте или прогуливался?
Ответ. Когда меня задержали, я не стоял на месте, а гулял.
Вопрос. Откуда и куда он шел и один ли или с кем-нибудь еще?
Ответ. Я был задержан, когда подходил к [церкви] Сант Андреа, а шел я по направлению к [Пьяцца дель] Пополо, и со мною были упомянутый Спавента и Онорио [Лонги], а неподалеку от Сант Андреа нам встретился Оттавиано и еще один человек, и когда меня задержали, все названные присутствовали.
Вопрос. В каком направлении бросались камни и одним или несколькими?
Ответ. Когда начали бросать камни, я разговаривал с Меникуччей, который живет на той улице, камни же летели к нам, и мне показалось, что их бросают в моих товарищей.
Вопрос. Какие заявления делал дающий показания при его задержании?
Ответ. Когда меня задержали, меня спросили, кто кидался камнями, а я сказал: ищите их сами. И, насколько помню, не говорил больше ничего.
Вопрос. Не припомнит ли дающий показания, какие слова он произносил помимо сказанных?
Ответ. Кроме сказанного, ничего я больше сбиррам не говорил.
[Дающему показания вторично было предложено подумать и сознаться чистосердечно, не произносил ли он и других слов, обращенных к сбиррам, например: «Ступайте вы в… если хотите засадить меня в тюрьму, ведите, а то я не такое скажу и сделаю» и т. д., на что дающий показания заявил:]
«Никаких оскорбительных слов я не произносил, а вот капрал [Франческо] Маланно всегда меня оскорбляет, когда встретит, я же ничего ему больше не говорил, никуда его не посылал, оружие не обнажал, и вообще ничего подобного не было».

18 ноября 1604 г.
Караваджо арестован по обвинению в оскорблении сбирров. Донесение капрала: в пять часов [около десяти часов вечера] у акведука Буфало был остановлен моими людьми Микеланджело да Караваджо, шедший с кинжалом и шпагой. На вопрос, есть ли у него разрешение на оружие, он ответил, что есть, и показал мне его; когда же оно было ему возвращено, я сказал, чтобы его отпустили, и попрощался с ним, проговорив: «Доброй ночи, синьор». А он крикнул: «Пошел ты в…», что я не пожелал снести и приказал его задержать; он же оказал сопротивление, и когда я велел схватить его и связать, то и связанный продолжал кричать: «Пошел ты в…», потому я и отправил его в тюрьму Торре ди Нона.

28 мая 1605 г.
Теперь мы находим его снова в тюрьме, но вместо правительственной тюрьмы он заключен в Сенаторскую. 28 мая 1605 г. капитан Пирро, капитан полиции при Судебной курии Капитолия, докладывает: «Прошлой ночью около семи часов после захода солнца [около трех часов ночи], когда я патрулировал вместе со своими полицейскими [сбиррами] на Сант Амброджо, на Корсо прошел человек по имени Микеланджело, вооруженный шпагой и кинжалом; задержанный и спрошенный, имеет ли он лицензию на ношение указанного оружия, он сказал, что нет. Я его арестовал и препроводил в тюрьму и теперь докладываю об этом, так как это мой долг, чтобы он был арестован, согласно правосудию».
[Капитан даже позаботился о том, чтобы изобразить шпагу и кинжал на полях своего рапорта. Следует допрос заключенного Меризи:]
«Я был задержан по дороге на Корсо перед церковью св. Амброджо, это могло быть в 8 часов после захода солнца [4 часа утра], потому что было светло, и я был задержан потому, что имел при себе шпагу и кинжал. Я не имел письменной лицензии на ношение шпаги и кинжала. Тем не менее, губернатор Рима дал устный приказ капитану и его капралам, чтобы мне разрешили их носить. Я не имею другой лицензии».
Он признал своим оружие, отобранное у него сбиррами. Он был отпущен на трехдневный срок, чтобы приготовиться к своей защите. [На полях капитанского рапорта найдена заметка:] «Он был освобожден без заключения, и оружие было возвращено ему».

20 июля 1605 г.
Он снова имел неприятности, потому что мы находим, что 20 июля 1605 г. Керубино Альберто да Борго Сан Сеполькро, живописец, живущий на Пьяцца дель Пополо, Джироламо Крочиччо да Нарни, сапожник на Пьяцца Сфорца, Просперо Орси, живописец [живущий] на Сан Сальвадоре ин Кампо, и Оттавиано Габриелло, книжный торговец на Пьяцца дель Ангоне, обещают, что Микеланджело да Караваджо, заключенный в Торре ди Нона, явится перед Управителем [Рима] и его Курией; в случае, если не явится, будет подвергнут штрафу в 100 скуди [и заверяют], что под угрозой штрафа в 100 скуди он не будет оскорблять сам и не даст обижать другим Лауру и ее дочь Изабеллу, которые возбудили против него дело.

29 июля 1605 г.
[Нотариуса Курии по уголовным делам посетил Мариано Пасквалоне из Аккумоли, нотариус в конторе Паоло Спада. Пасквалоне под присягой утверждал:] «Я нахожусь здесь в конторе, потому что я подвергся нападению Микеланджело да Караваджо — живописца, что сообщаю вашей чести. Синьор Галеаццо и я, а это могло быть около часу после захода солнца [8.30 вечера], прогуливались на площади Навона перед дворцом испанского посла. Я внезапно получил удар по затылку. Я сразу же упал и почувствовал, что я ранен в голову и это, должно быть, был удар шпагой. Как вы видите, я ранен в левую сторону головы. После этого противник скрылся. Я не видел, кто меня ранил, но я никогда ни с кем не ссорился, кроме указанного Микеланджело. Несколько дней тому назад он и я перекинулись на Корсо несколькими словами насчет одной девицы по имени Лена, которую можно найти на площади Навона перед дворцом или, вернее, главным входом дворца синьора Серторио Теофило. Она девушка Микеланджело. Пожалуйста, извините, ваша честь, я должен скорее перевязать мои раны».
[Он получил разрешение, о котором просил, и Галеаццо Роккасекка, переписчик Апостольского Секретариата, был допрошен после него. Он подтвердил:] «Я видел человека с обнаженным оружием в руке. Оно выглядело похожим на кинжал или охотничий нож. Он круто повернулся и сделал три прыжка. …Он носил черный плащ на одном плече. Я слышал только, что раненый сказал, что это не может быть никто иной, кроме Микеланджело да Караваджо».

Комментирование закрыто.