Отшельничество в Китае
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
Отшельничество в Китае не было поступком из ряда вон выходящим, а для поэта, художника, философа оно было нормой, тем более для адепта даосизма. Не было в отшельничестве религиозности, аскетизма; оно могло заключать в себе протест, форму выражения личной свободы, могло быть «отшельничеством мысли». Читать запись полностью »
Дорога и дао
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
Дорога — это путь очищения, возвышения духа, приобщения к природе. Реальная путь-дорога — дао и дао как путь самой природы, как философская категория обозначаются одним и тем же иероглифом, поэтому изображение дороги и странника на ней означало не просто путешествие, а поиск дао. К тому же любое путешествие китайца из сословия ученых приближало его к природе, природа сопровождала его, ритм его жизни совпадал с ритмом природы, он заезжал в придорожные монастыри, любовался знаменитыми своей красотой горными вершинами, водопадами, излучинами рек. Читать запись полностью »
Советы Го Си по написанию пейзажей.
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
Го Си рекомендует начинать работу с распределения изображения на плоскости свитка: «Каждый, кто собирается писать пейзаж, должен уметь сочетать небо и землю. Что подразумевается под небом и землей? Например, на куске шелка в полтора чи верхнюю часть нужно оставить для неба, нижнюю — для земли, а между ними и по бокам постараться разместить пейзаж». Читать запись полностью »
Природа и Го Си
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
Панорама природы велика, образ ее изменчив и пе сразу открывается зрителю. Го Си создает пейзаж-воспоминание увиденного, повторяя мысленно свое путешествие, и строит свиток на ритме, который диктует зрителю ритм рассматривания картины. Сменяют друг друга виды, над ущельем нависают скалы, поднимаются горы, уходят вдаль, уступая место соснам и хижинам, за излучиной реки — едва видные в тумане крыши, в дымке теряют свою материальность вершины холмов, чтобы слиться па горизонте с речными далями. Читать запись полностью »
Цзаохуа
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
Весной мир пробуждается от зимней спячки; начинается сезон созидания, освобождения от снега, полноводных потоков, широких разливов, быстрых перемен в погоде — то ясное небо, то туманы и облака, похожие на белых аистов. Даже постоянные формы гор теряют свою определенность, они как будто рождаются, возникают на наших глазах на поверхности белого шелка. Читать запись полностью »
Ранняя весна
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
В «Ранней весне» нет ни приятной детальности «Деревни в горах», ни величия панорамы «Осени в долине Желтой реки». Го Си изображает одну гору, возносящуюся над водой. Новое отношение к пространству не позволяет ему, как это было у Фань Куаня, занять горой всю поверхность свитка. Читать запись полностью »
Горы без светлого и темного лишены солнца и тени
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
«Горы без светлого и темного лишены солнца и тени…
В горах, где есть солнце, — светло, где нет солнца, — мрачно, поэтому светлое и темное — обычное состояние гор. Как же можно не различать светлое и темное?!» Речь идет не о солнце как об определенном источнике света, а о необходимости чередовать светлое и темное, об их естественном и одновременном существовании. Светлым и темным Го Си моделирует форму, тонкие тональные размывы туши воспроизводят туман, и, наконец, на сопоставлении самих материалов живописи — светлого шелка и черного пятна туши строится декоративный эффект свитка.
Деревья и ровная даль
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
К последним годам жизни Го Си относится монохромный свиток из коллекции Джона М. Кроуфорда (Нью-Йорк) «Деревья и ровная даль». Среди немногих картин художника, описанных его сыном, есть подобные по сюжету: «Старые деревья на равнине, роща. Ярусами теснятся острые вершины; раскосы причудливые деревья; их тени погружаются в студеную воду, корни извиваются на каменистом берегу. Читать запись полностью »
Мастерство Го Си
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
Мастерство Го Си не только в совершенстве композиции этого свитка, но и в прекрасном владении «кистью и тушью», в самой технике живописи, которой он придавал большое значение. Для него не существует трудностей, художник реализует здесь на практике все приемы «кисти и туши», о которых упоминает в трактате: контурные линии для изображения построек, «морщины и складки» — для передачи форм камней и стволов; Читать запись полностью »
Сущьность цзин
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
Пожалуй, нигде Го Си в такой степени не постиг «сущность» — цзин, к рассуждениям о которой он вновь и вновь возвращается в своем трактате. Умение передавать «сущность» художник считал важнейшим и непременным условием творчества. Читать запись полностью »
Поэт Су Ши пишет стихи о Го Си
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
Су Ши не интересуется тихим и сосредоточенным проникновением в «сущность»; для пего способ ее выражения — непосредственный, беспрепятственный, ничем не скованный творческий порыв. Казалось бы, такие противоположные и несовместимые состояния! Да и картины Су Ши так непохожи на пейзажи Го Си, и сам Су Ши принадлежал к кругу художников-ученых «вэньжэнь», которые свысока относились к художникам-академикам. Читать запись полностью »
Образы природы у Го Си
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
В отрывках, которые приводятся ниже, дается зрительно осязаемый образ природы.
На вершине горы Нюй-цзи
Тает весенний снег.
Абрикос — отшельник у дороги
Распускает нежные побеги.
В сердце — надежда, хочу уйти,
Знать бы, в который день.
Грустно смотрю, как едет повозка
Спускаясь на заброшенный мост.
Ян Ши-е Читать запись полностью »
Китайская Живопись
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
В китайской живописи, так отработавшей изобразительный канон, по-разному могут быть переданы крики невидимых за облаками гусей и ощущение надвигающегося снегопада. В этих стихах «действие» происходит наверху и вдали: облака, предвещающие снег, гуси в небе подсказывают взгляд вверх и вдаль. Если переводить образы стихотворения на язык живописи, то на переднем плане легко представить фигуру человека-наблюдателя. Читать запись полностью »
Деревья и ровная даль Го Си
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
Написанное слово в китайских стихах зримо, «картинно», хотя, может быть, и есть в этом определении некоторое преувеличение. Иероглиф воспринимается не столько слухом, сколько зрением и несет в себе не только информацию о понятии, но и художественное, образное его толкование, выраженное в искусстве каллиграфии. Читать запись полностью »
Творчество Го Си
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
Го Си — художник, размышляющий о порядке мироздания. Природа для него — лишь материал для творчества; художник же своим искусством его преображает. Не фиксация увиденного, не внешнее подобие, а передача смысла вещей и явлений — вот, по Го Си, задача истинного мастера. Читать запись полностью »
ЖИЗНЬ И ТВОРЧЕСТВО КАРАВАДЖО
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
Караваджо перевернул вверх дном все представления о том, что украшает живопись и как надобно вести себя художнику.
Беллори
Посвященный Микеланджело да Караваджо сборник имеет несколько своеобразный характер. Его составляют собранные вместе, иногда повторяющие друг друга свидетельства о нем, рассказанные и написанные его современниками. Читать запись полностью »
Память о Караваджо в XVIII и XIX веках
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
И, тем не менее, в XVIII и XIX веках имя Караваджо было почти забыто. Огромный интерес к себе он пробудил в начале нашего столетия, когда о нем стала появляться обширная научная литература, не иссякающая до сих пор; начиная с 50-х годов был организован ряд больших европейских выставок, посвященных ему и его кругу, в Милане, Афинах, Неаполе и особенно в 1965 году в Париже, куда в Лувр из различных музеев и церквей были свезены лучшие полотна этого мастера.
Сам же Караваджо молчал о себе. От него не сохранилось ни строчки, лишь устные высказывания на судебных допросах. Он никогда не обладал «своим», прижизненным биографом, подобным Асканио Кондиви, Пьетро Аретино, Филиппе Бальдинуччи или графу де Шантелу. Он никогда не сочинял трактатов о живописи вроде Цуккаро или, Беллори, никогда не писал сонетов и писем, как Микеланджело и Рубенс, и не вел дневников, где житейские заботы перемежались бы с художественными планами, что было свойственно Понтормо и особенно Лоренцо Лотто, одному из интереснейших ломбардских мастеров, оказавшему на Караваджо большое влияние. Даже его так называемые «автопортреты» не были портретами в прямом смысле слова, так как он всегда скрывал свою подлинную сущность под чужими обликами. То это был полуспрятанный за колонной, убегающий, как бы загнанный, человек в черном плаще («Убиение св. Матфея»), то его черты угадывались в грубом и жестоком, искаженном смертью лице Голиафа, чью гигантскую отрубленную голову протягивает вперед молодой библейский герой Давид («Давид с головой Голиафа»). Карандашный портрет Оттавио Леони наиболее объективно передает его внешность — темпераментное и немолодое лицо с грубоватыми чертами и сумрачным выражением темных, как бы сверлящих зрителя глаз.
Микеланджело Меризи да Караваджо родился в 1573 году в небольшом ломбардском селении Караваджо, где отец его, сеньор Ферми, был архитектором и домоправителем маркиза да Караваджо. Когда мальчику было одиннадцать лет, его старший брат Баттиста, упомянутый у Манчини как священник, отдал его в обучение художнику Симоне Петерцано из Бергамо; Микеланджело провел у него в Милане около пяти лет, пройдя профессиональную живописную школу. Однако более сильное художественное воздействие оказали на Караваджо замечательные североитальянские мастера XVI века, работавшие в небольших провинциальных городах земледельческой Ломбардии — Бреше, Бергамо, Кремоне — северных владениях Венецианской республики. Савольдо, спокойная поэтическая живопись которого отражала влияние Джорджоне, а также Романино, Моретто да Бреша, Порденоне, Лоренцо Лотто, Морони, Джулио Кампи, Бассано были теми живописцами, чье творчество вошло в художественное сознание Караваджо с молодых лет.
Хотя эти мастера по своим особенностям и стилю сильно отличались друг от друга, их объединяли новые реалистические искания, стремление к непосредственной передаче действительности, к типу простонародных лиц. Их колорит был ближе к природе, и светотеневая трактовка предмета играла большую роль в их живописи. Они глубже, чем художники Флоренции и Рима, уже захлестнутые во второй половине XVI века волной зрелого маньеризма, хранили в чистоте и неприкосновенности великие традиции искусства Высокого Возрождения.
Жизнь Караваджо в Риме
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
Однако именно Рим оставался средоточием художественной жизни Италии. Диктатура папы Сикста V, желавшего вернуть ему прежнее положение столицы мира, была направлена не только на укрепление контрреформации и активизацию католицизма, но и на архитектурную перепланировку Вечного города, в чем главное участие принимал архитектор Доменико Фонтана. Читать запись полностью »
Больной Вакх
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
Так называемый «Больной Вакх» долгое время считался «зеркальным» автопортретом художника, исполненным им во время болезни. Действительно, он не так безличен, как остальные. Болезненное состояние выражено не только в холодном колорите, создающем ощущение озноба, но и в изнеможенной позе юноши, бессильно сжимающего в руках блекло-зеленую кисть винограда. Читать запись полностью »
Картина Гадалка, художник Карваджо
Опубликовал Художник | 3 февраля 2009
В том же декоративно-жанровом духе написана «Гадалка», о которой упоминают итальянские источники. Две полуфигуры — молодая цыганка, гадающая по руке нарядному пажу, — рельефно выступают на сером фоне, усиливающем теплые коричневые и красноватые тона их одежды, на которой играют золотистые рефлексы. Читать запись полностью »
« Предыдущие записи Следующие записи »